Публикуем научную работу Студента АНО ВО «Московского университета «Синергия» Карпова Глеба Владимировича и Санитара мед. пункта в/ч 71176,  ефрейтора Шумского М.А. на тему: «Введение должности военного эпидемиолога в орган военной полиции как инструмент повышения эпидемиологической безопасности войск».

Актуальность введения штатной должности «Эпидемиолог» в структуру органов военной полиции

В современных условиях, характеризующихся повышенными биологическими рисками (пандемии, возникновение новых инфекций, сложная санитарно - эпидемиологическая обстановка в зонах ответственности), система гарнизонного управления сталкивается с дефицитом оперативных эпидемиологических компетенций. Текущая модель взаимодействия с внешними санитарно - эпидемиологическими учреждениями (СЭУ) Минобороны, при всей ее эффективности, обладает рядом ограничений:

· Временная задержка при реагировании на локальные инциденты.

·Отсутствие офицера, постоянно погруженного в специфику гарнизона,
его инфраструктуру и динамику передвижения личного состава.

· Высокая нагрузка на привлекаемых специалистов СЭУ, которые курируют несколько гарнизонов.

Это создает риск несвоевременного выявления и локализации очагов инфекционных заболеваний, что прямо угрожает боеспособности подразделений, дислоцированных на территории органов военной полиции.

2. Предлагаемое решение:

Ввести в штат территориальных, специализированных подразделений военной полиции, в органы военной полиции субъектов, а также
в управления военной полиции по округам отдельную должность офицера - эпидемиолога подчиненного начальнику подразделения военной полиции.

3. Актуальность и обоснование новизны должности:

·Фокус на гарнизон: Специалист осуществляет свою деятельность
в закрепленном районе ответственности органа военной полиции,
что позволит вести непрерывный, а не эпизодический надзор.

· Мгновенное реагирование: Возможность в течение часов, а не дней, начать эпидемиологическое расследование на месте происшествия (случай пищевого отравления в столовой, подозрение на инфекцию в казарме, нарушения и не соблюдения СанПиН).

·Ситуационное моделирование: Постоянный анализ данных позволит прогнозировать риски (например, связанные с сезонным подъемом заболеваемости или прибытием пополнения) и предлагать упреждающие меры начальнику органа военной полиции.

· Единый ответственный: Появление персонифицированной ответственности за весь комплекс противоэпидемических мероприятий на территории гарнизона.

4. Основные функциональные обязанности новой должности:

· Ежедневный эпидмониторинг: Сбор и анализ данных о заболеваемости
от всех медицинских пунктов частей гарнизона, медицинских подразделений входящих в район ответственности комендатуры, гражданских лечебных учреждений, взаимодействующих с военнослужащими.

·Санитарно - эпидемиологическая разведка: Плановые и внеплановые проверки органов военной полиции и подразделений входящих в район ответственности (столовые, водозаборы, бани, общежития, рабочие места, полевые кухни) с составлением обязательных для исполнения предписаний.

· Экспертная поддержка решений начальник органа военной полиции: Подготовка проектов приказов и распоряжений по гарнизону, связанных
с введением ограничительных мер, организацией обсерваторов, проведением дополнительной дезинфекции.

· Координация и контроль: Организация и контроль плановой вакцинации, экстренной профилактики, дезинфекционных мероприятий, проводимых силами частей.

·Связующее звено: Оперативное информирование с территориальным Роспотребнадзором и взаимодействие с СЭУ Минобороны для обмена информацией и привлечения дополнительных лабораторных и экспертных ресурсов.

· Обучение: Проведение инструктажей с командирами подразделений, дежурными по столовым, медицинским персоналом частей по вопросам профилактики.

5. Организационное и практическое значение:

· Для органов военной полиции: Резко повысится управляемость
и эффективность санитарно - противоэпидемических мероприятий. Органы военной полиции получат собственного штатного эксперта для работы в режиме 24/7.

· Для частей гарнизона: Ускорится и упростится решение текущих вопросов (согласование меню, осмотр мест размещения, консультации по организации быта в полевых условиях, решения медицинских вопросов в профилактики и/или лечения эпидемий).

· Для медицинской службы: Разгрузится персонал СЭУ от рутинных задач
по гарнизону, позволив им сосредоточиться на сложных лабораторных исследованиях и методологической работе. Вертикаль управления станет более прямой и оперативной.

·Экономический эффект: Своевременные и малозатратные профилактические меры, предпринятые штатным специалистом, предотвратят многомиллионные убытки от крупных вспышек, связанных
 с лечением, карантином, срывом боеготовности подразделений и учебно - боевых задач.

6. Ожидаемый результат:

Введение должности эпидемиолога в штат органов военной полиции позволит создать локальную, интегрированную и постоянно действующую систему биологической безопасности гарнизона. Это трансформирует подход
от реагирования на вспышки к их системному предупреждению,
что соответствует современным принципам управления рисками
в Вооруженных Силах и напрямую способствует укреплению обороноспособности.

Вывод: Введение данной должности является не просто расширением штата, а качественным усилением управленческого потенциала органов военной полиции в условиях, когда эпидемиологические угрозы признаны одним
из ключевых вызовов национальной и военной безопасности.

Позиция кадрово - правового вопроса.

Современная нормативно - правовая база как основа для трансформации

1. Стратегический уровень:

· Указ Президента РФ от 02.07.2021 № 400 «О Стратегии национальной безопасности Российской Федерации» (п. 78): прямо указывает
на необходимость «совершенствования системы обеспечения биологической безопасности… предупреждения… чрезвычайных ситуаций… в области санитарно - эпидемиологического благополучия». Это создает высочайший мандат для реформ.

· Федеральный закон от 30.12.2020 № 492-ФЗ «О биологической безопасности в Российской Федерации»: определяет ключевые понятия, принципы и основы координации деятельности. ВП может стать силовым исполнительным элементом этой системы в пределах Министерства обороны.

2. Отраслевой (военный) уровень:

· Устав Военной полиции Вооруженных Сил РФ (утв. Указом Президента РФ от 25.03.2015 № 161): ст. 14 («Основные задачи») предусматривает обеспечение безопасности военной службы и охраны жизни и здоровья военнослужащих, что в современной трактовке неразрывно связано
с биобезопасностью.

· СанПиН 2.1.3684-21 «Санитарно-эпидемиологические требования
к содержанию территорий…» и СП 2.1.3678-20 «Санитарно-эпидемиологические требования к эксплуатации помещений, зданий, сооружений…»: являются основными действующими документами, обязательность исполнения которых требует действенного контрольного механизма.

· Ведомственные акты Минобороны России (приказы, директивы, инструкции), издаваемые в развитие требований Главного санитарного врача РФ и Главного государственного санитарного врача ВС РФ, устанавливающие специфику для войск. Например, Наставление
по медицинской службе (НМС ВС РФ).

· Концепция системы управления рисками в области санитарно -эпидемиологического благополучия в Вооруженных Силах РФ (как предполагаемый или существующий ведомственный документ) – требует инструмента для работы с неприемлемыми биорисками.

Концепция Службы биологической безопасности ВП (СББ ВП):
структура и полномочия

СББ ВП создается как специальный орган военного управления в составе Главного управления ВП, интегрированный в Единую государственную систему предупреждения и ликвидации чрезвычайных ситуаций (РСЧС) на уровне Минобороны.

Ключевые функции и инструменты:

1. Контрольно - надзорная деятельность с применением инструментов риск -ориентированного подхода (РОП):

   · Проведение внеплановых выездных проверок объектов продовольственной службы, водоснабжения, казарменно - жилищного фонда, медицинских пунктов с использованием портативных средств экспресс - диагностики (ПСЭД) для выявления патогенов (по аналогии с полномочиями Роспотребнадзора, но в рамках Устава ВП, ст. 17 – права военнослужащих ВП).

   · Присвоение объектам категории биологического риска и установление дифференцированной частоты контроля.

2. Административно - принудительные полномочия по пресечению:

   · Выдача обязательных предписаний о немедленном устранении нарушений с правом приостановки деятельности, представляющей прямую биологическую опасность (напр., работа столовой при обнаружении ротавируса у персонала).

   · Составление протоколов об административных правонарушениях по фактам нарушений санитарного законодательства в рамках КоАП РФ (ст. 6.3, 6.4, 6.6, 6.7) в отношении должностных лиц, что потребует наделения офицеров СББ ВП соответствующими статусом государственных инспекторов в пределах военных объектов.

   · Изоляция (обсервация) на месте лиц с признаками инфекционных заболеваний до передачи медикам для предотвращения перемещений
в пределах расположения части.

3. Оперативно - розыскные и следственные действия в рамках «санитарно -эпидемиологического расследования»:

   · Проведение опроса (допроса), изъятия проб и документов, видеофиксации в рамках проверки по факту вспышечной заболеваемости (ЧСБ).

   · Взаимодействие с органами военного следствия Следственного комитета РФ для сбора первичных материалов для возможной квалификации по ст. 293 УК РФ (Халатность) или ст. 237 УК РФ (Сокрытие информации об обстоятельствах, создающих опасность для жизни или здоровья людей), если нарушения привели к тяжким последствиям.

   · Ведение реестра биологических инцидентов в войсках.

4. Координация и взаимодействие в системе биобезопасности:

   · Организация контрольно-пропускного режима с элементами биометрического и санитарного контроля на объектах ОВИ в периоды повышенной готовности.

   · Взаимодействие с ФБУЗ «Центр гигиены и эпидемиологии» Минобороны России, Главным государственным санитарным врачом ВС РФ, а также
с территориальными органами Роспотребнадзора в зонах ответственности.

Теоретико - правовые основания для реформы

1. Расширительное толкование мандата Военной полиции. Статья 1 Устава ВП определяет ее как орган, обеспечивающий правопорядок, воинскую дисциплину и безопасность. Эпидемиологическое благополучие — неотъемлемая часть безопасности военной службы в её материальном понимании. Массовое заболевание личного состава вследствие нарушений санитарных правил — это чрезвычайное происшествие, подрывающее дисциплину и боеготовность. Таким образом, превентивное пресечение таких нарушений полностью вписывается в логику задач ВП.

2. Повышение статуса санитарных норм. Требования СанПиН для ВС РФ и директивные документы Главного эпидемиолога носят административно -обязательный характер. Однако их нарушение сегодня влечет, как правило, лишь дисциплинарную ответственность по усмотрению командира. Интеграция эпидемиолога в ВП позволит квалифицировать грубые или систематические нарушения (например, фальсификацию дезинфекционных журналов, эксплуатацию неисправного обеззараживающего оборудования на объекте водоснабжения) как административные правонарушения в области военного управления. Это потребует разработки соответствующей статьи в КоАП РФ для военнослужащих, что придаст санитарным нормам реальный правовой «вес».

3. Принцип «единого ответственного наблюдателя». Общевоинские уставы возлагают ответственность за санитарное состояние на всех, но по вертикали (командир подразделения, начальник службы). Это приводит к «размыванию» ответственности. Офицер эпидемиологического контроля ВП становится тем самым независимым и постоянным наблюдателем, который осуществляет надзор не за процессом, а за результатом — фактическим соблюдением стандартов биологической безопасности на вверенной территории.

Концепция организации Службы эпидемиологического контроля ВП
 (СЭК ВП)

1. Статус и подчиненность:

СЭК ВП должна быть организована как специальная служба в составе главного управления ВП, аналогично существующим службам безопасности дорожного движения или охраны объектов.

Это обеспечивает независимость от местного командования и прямую вертикаль подчинения, что критически важно для объективности проверок.

2. Ключевые полномочия и алгоритмы действий (на стыке нормативных актов):

· Проведение инспекций с правом беспрепятственного доступа.
На основании п. 15 ст. 14 Устава ВП (право беспрепятственного посещения военных объектов) офицер СЭК ВП вправе в любое время суток проверить пищеблок, склад продовольствия, водозабор, медицинский пункт, банно -прачечный комбинат, казарму. Основанием является не жалоба, а план эпидемиологического мониторинга, согласованный с медицинской службой, или информация о повышенном биориске.

· Немедленное пресечение и изоляция угрозы. Обнаружив прямое нарушение, создающее немедленную опасность (например, наличие возбудителя кишечной инфекции в пробах воды, поступившей на кухню), офицер СЭК ВП на основании положений о праве ВП пресекать правонарушения выдает обязательное к немедленному исполнению предписание. Он может опечатать объект (склад, кухню), запретить использование ресурса (партию воды, продуктов), изолировать контактных лиц до прибытия медиков.
Его предписание имеет силу частного определения (постановления) военного полицейского.

· Процессуальные действия и «санитарное дознание». В случае вспышки заболевания офицер СЭК ВП включается в работу наравне с медицинскими эпидемиологами, но со своей процессуальной задачей: выявление виновных лиц, допустивших нарушения. Он опрашивает персонал, изымает пробы и журналы (с составлением акта), проводит фото- и видеофиксацию. Собранные материалы передаются в органы военного следствия для возможного возбуждения уголовного дела по ст. 293 УК РФ («Халатность») или ст. 238 УК РФ («Производство или оборот несоответствующих требованиям безопасности… товаров и продукции»), если нарушения привели к тяжкому вреду здоровью.

· Работа с личным составом: «гигиеническая дисциплина».

  Опираясь на ст. 15 Устава внутренней службы (обязанность военнослужащего беречь здоровье) и Главу 8, регламентирующую соблюдение правил личной гигиены, офицер СЭК ВП получает инструмент воздействия не только на начальников, но и на рядовой состав. Систематическое несоблюдение правил гигиены в коллективе, ведущее к риску заболевания, может квалифицироваться как нарушение уставных правил взаимоотношений (поощрение антисанитарии) или неисполнение приказа (если были даны конкретные указания). Это позволяет бороться с «низовым» санитарным нигилизмом.

3. Взаимодействие и разграничение с медицинской службой.

Медицинская служба:

· Устанавливает нормативы (совместно с Главным эпидемиологом).

· Проводит лабораторную диагностику и анализ эпидемиологической обстановки.

· Разрабатывает план профилактических и противоэпидемических мероприятий.

· Осуществляет лечение заболевших.

СЭК ВП:

· Обеспечивает принудительное и неотвратимое выполнение установленных нормативов и планов.

· Проводит административное расследование фактов нарушений.

· Осуществляет оперативное силовое пресечение биологически опасных действий/бездействия.

· Ведет учет и анализ не эпидемий, а правонарушений в санитарной сфере.

Связующим звеном является Объединенный комитет по биобезопасности на уровне округа/флота, куда входят представители медицинской службы, ВП и тыла.

Заключение и перспективы внедрения

Предлагаемая концепция представляет собой не просто добавление новых штатных единиц, а системную модернизацию философии военно-санитарного дела. Она переводит гигиену из сферы рекомендательной медицины в сферу обеспечения правопорядка и исполнительской дисциплины. Ключевыми преимуществами являются:

· Оперативность: Сокращение времени между выявлением угрозы и её устранением с дней (через рапорт командиру) до часов.

· Неотвратимость ответственности: Формирование устойчивого убеждения, что нарушение СанПиН повлечет не выговор, а гарантированное административное или уголовное преследование по линии независимого органа.

· Профилактический эффект: Сам факт существования и регулярной работы СЭК ВП окажет мощное дисциплинирующее воздействие на должностных лиц, ответственных за жизнеобеспечение войск.

Для реализации потребуется:

1. Внесение изменений в Устав ВП с включением эпидемиологического контроля в перечень задач.

2. Разработка Наставления по службе СЭК ВП.

3. Создание образовательного модуля на базе военно-медицинских вузов и МВОКУ для подготовки офицеров двойной компетенции.

4. Установление правовых механизмов взаимодействия с военной прокуратурой и следственными органами.

Инвестиции в создание такой системы многократно окупятся сохранением боевого потенциала войск и минимизацией небоевых потерь, что является конечной целью любого организационного преобразования в армии.

Также данное введение расширения кадрового потенциала Вооруженных Сил Российской Федерации осуществляется, в том числе, за счет предложения вакансий, локализованных в тыловых районах. Данный подход позволяет привлечь категории граждан, для которых определяющим мотивом является минимизация личных рисков, сопряженных с непосредственным участием в боевых действиях.

Стратегия базируется на следующих факторах:

1. Снятие психологических барьеров: Тыловые должности формируют сегмент вакансий, воспринимаемый потенциальными кандидатами как зона относительной безопасности, что расширяет социальную базу комплектования.

2. Социально-экономическая мотивация: Для специалистов гражданских профессий служба в тылу выступает инструментом решения проблем за счет высокого (относительно регионального уровня) денежного довольствия, стабильного социального пакета и льготного исчисления выслуги лет.

3. Гендерный аспект: Тыловые должности являются ключевым каналом рекрутирования женщин на военную службу по контракту, занимающих позиции в медицинских.

4. Кадровое обеспечение инфраструктуры: В условиях проведения специальной военной операции возрастает потребность в личном составе для функционирования и расширения обеспечивающей инфраструктуры, что требует привлечения значительного не мобилизационного ресурса.

Таким образом, представляется обоснованным вывод, что акцент на тыловом характере службы является целенаправленным управленческим решением, направленным на комплектования армии в современных условиях.

Заключение

Учреждение Службы экологической безопасности в структуре Военной полиции является логичным и своевременным ответом на требования, закрепленные в Стратегии национальной безопасности
и ФЗ «О биологической безопасности». Это преобразование позволит перейти от декларативного к реальному управлению биологическими рисками в войсках, обеспечив превентивное принудительное исполнение санитарных норм. Реализация концепции требует внесения изменений
в Устав ВП, разработки ведомственного приказа Минобороны, утверждающего Положение о СЭК ВП, и налаживания межведомственного взаимодействия. Инвестиции в создание такой службы станут вкладом
не только в боеготовность, но и в санитарный суверенитет Вооруженных Сил Российской Федерации.

Авторы - Карпов Г.В. и Шумский М.А.