«Воскрешение» — уже третья полнометражная работа китайского режиссёра Би Ганя, продолжающего будоражить фестивальную публику сновидческой атмосферой, медитативным повествованием и заигрыванием со временем. И с одной стороны, «Воскрешение» выглядит как духовное продолжение двух предыдущих работ режиссёра, с другой же — это совершенно уникальный фильм в его карьере, посвящённый крайне необычному взгляду на магию кино. Би Гань рассказывает одновременно как историю кино, так и Китая ХХ века, лишая центральную сюжетную линию какого-либо стержня и должного внимания.

Сам фильм состоит из шести частей, каждая из которых стилистически демонстрирует не только свою эпоху кино, но и отражает одно из пяти чувств человеческого восприятия, а эпилог посвящается разуму. Би Гань проводит зрителя по немецкому экспрессионизму с явными цитированиями Фрица Ланга и Роберта Вине (зрение), по нуарному шпионскому триллеру (слух), окунает с головой в философскую притчу (вкус), захватывает фильмом-ограблением (обоняние), а завершает 30-минутной однокадровой историей любви с вампирами и гангстерами (осязание), снятой почти целиком под красными неоновыми вывесками на исходе 1999 года.

Сравнения с Дэвидом Линчем напрашиваются сами по себе, однако в отличие от предыдущих своих работ, в этой Би Гань уж слишком сильно заигрывается с формой, совершенно забыв о содержании. Не сказать, что и раньше «тарковщина» у Би Ганя кроме формализма что-то из себя представляла, однако в этот раз со смысловым наполнением у его фильма всё совсем-совсем негусто.

И ведь «Воскрешение» так и задумано: как кино, которое необходимо чувствовать, проникаться им, а не понимать (поскольку понимать там и нечего). Соответственно, если зритель хочет получить от «Воскрешения» что-то кроме завораживающего аудио-визуального ряда — ему ловить здесь нечего. Как кино, «Воскрешение» крайне интересно обсуждать с точки зрения оммажей, отсылок и размаха режиссёрского таланта его творца, но не как самостоятельное полотно, поскольку сам Би Гань и не стремился создать логическое произведение.

«Воскрешение» — абсолютное киноманское наслаждение, пропитанное данью уважения жанрам, эпохам и направлениям в кино, появлявшимся в нём на протяжении всего прошлого века. Это именно тот тип фильмов, который жёстко делит аудиторию на два лагеря: первые безоговорочно восторгаются и поют бесконечные дифирамбы, вторые — отрицают и ругают. И кажется, будто бы Би Гань этого и добивался, создав один из самых необычных фильмов о кино в истории, лишь прочувствовав который, им можно насладиться в должной мере, растворившись в его вневременной магии.

Человек смертен, кино бессмертно.

В российском прокате с 22 января.

Мнение корреспондентов может не совпадать с мнением редакции