Неожиданный идейный сиквел «Красного призрака», перенёсший место действия в сеттинг Отечественной войны 1812 года, точно придётся по душе поклонникам первого фильма. Андрей Богатырев второй раз удачно скрещивает леоневскую эстетику вестерна с отечественным военным кино, увеличивает в этот раз размах, повышает ставки сражения, но при этом не превращает фильм в эпос наподобие долларовой трилогии, а создаёт замкнутое действие в духе «Своего среди чужих, чужого среди своих», добавив в повествование ещё и явные сказочные мотивы.

В сценарии стало заметно больше серьёзных тем, проводящих прямые параллели с днём сегодняшним, а ярко выраженный антивоенный мотив с размышлениями о чести и уважении к врагу, показанного не как образ метафизического зла, а как живого человека, даже способен сбить с толку, поскольку соседствует с чистым тарантиновским трэшем. Способствуют этому яркие, пытающиеся быть хлёсткими, диалоги, но содержательно «Красному призраку» всё ещё далеко до его референсов. Это всё ещё сугубо жанровое кино, чья форма заметно выше благодаря более уверенной и изобретательной режиссуре.

Количество лихо закрученных эпизодов возросло, однако моментами складывается такое ощущение, будто бы Богатырев об истории стал думать ещё меньше, чем раньше. Хотя центральная погоня трёх действующих лиц за главным макгаффином фильма действительно увеличила ширину конфликта, приводя всё к мексиканской дуэли, всё же Богатырев уделяет этому недостойно внимания, из-за чего не все элементы истории ощущаются как неотъемлемые части сюжета. Третий акт он явно не дожимает, но даже в таком виде дарит целую вереницу кинематографического удовольствия для поклонников жанра.

Сам же образ Красного призрака растерял свою мистическую природу неизвестного солдата, вселяющего страх в сердца врагов. Призрак стал больше волшебным помощником из сказки, не выходящим за пределы персонажа-функции, однако дуэт Олега Савостюка, по-иствудски щурящего глаза, и Алексея Шевченкова вышел весьма удачным. Константин Плотников хоть и крайне хорош в этом фильме и очень пытается быть отечественной версией и Ганса Ландо, и Ли Ван Клифом из долларовой трилогии одновременно, однако Богатырев пока ещё не Тарантино, не Леоне и не Джон Форд.
Но рок-н-рольный дух картины с лихвой перекрывает все её шероховатости.

Мнение корреспондента может не совпадать с мнением редакции